Print this page

Новости

О нас и наших детях

25.08.2015

Августовская встреча в клубе «Импрессум» со шведской правозащитницей Руби Харролд-Клёссон была посвящена проблемам ювенальной юстиции.

Шведская правозащитница, магистр права, адвокат Руби Харролд-Клёссон  является президентом международной общественной организации «Скандинавский Комитет по Гражданским Правам» со штаб-квартирой в Гётеборге.

Гостья клуба «Импрессум» родилась в 1947 году на Ямайке, получив после окончания школы грант французского правительства на продолжение образования, она выбрала специализацию в области политических наук и права. Будучи студенткой, познакомилась во Франции с молодым шведом, переехала в Гетеборг, за год выучила шведский, и больше сорока лет живет со своей семьей в одном и том же доме в пригороде Гетеборга. В Швеции Руби Харролд-Клёссон изучала юриспруденцию. Она посвятила себя защите гражданских прав самых юных членов общества – детей, а также их родителей.



 

Встречу со шведской правозащитницей открыли основатели клуба «Импрессум». Галина Сапожникова, сказала несколько проникновенных слов об ужасе, который стремится войти в нашу повседневную жизнь, о мороке ювенальной юстиции, и системе, которая делает бизнес на детях.

Её поддержал Игорь Тетерин: несчастье приходит откуда и не ждали, говорил он. Нынешнее мероприятие, подчеркнул Игорь Тетерин, организовано совместно с активистами НКО «Родители Эстонии» и передал слово Анастасии Рая.

Анастасия Рая, одна из активных участников движения «Родители Эстонии», отметила, что мы все заслуживаем того, чтобы знать правду. Эстонский закон о ювенальной юстиции начнет действовать с 1 января 2016 г. Значит всё это придет и к нам, и мы, - говорила Анастасия, - решили действовать на опережение. Поэтому создана инициатива «Балтийская родительская цепочка».

Затем слово получила Руби Харролд-Клёссон. Первым делом она рассказывала о том как и когда был создан Скандинавский комитет по правам человека.  Комитет был создан в 1996 году по инициативе целого ряда юристов, ученых, психологов. К тому времени шведские правозащитники заметили, что все больше и больше детей изымается из родных семей и передается в семьи приемные.

Руби поведала конкретную историю  одной женщины врача, г-жи Ольсон, которая много лет назад обратила внимание на то, что работающие на шведских заводах и фабриках женщины-иммигрантки слишком часто становятся жертвами профессиональных заболеваний и нуждаются в защите своих прав. Эта женщина-врач почти экстерном закончила юридический факультет, чтобы полноценно помогать людям. Именно к ней стали обращаться родители, чьих детей забрали социальные службы и передали на воспитание в приемные семьи.

Правозащитница обратила внимание на то, что часто речь шла о совершенно нормальных семьях. Ей всячески препятствовали в работе, не допускали до ряда судебных процессов. Власти инспирировали даже лишение ее лицензии врача. Тем не менее, фру Ольсон добилась рассмотрения одного из дел в Европейском суде по правам человека в Страсбурге. Это был первый случай, который представил Швецию как страну, в которой попираются права человека.

Несмотря на то, что ЕСПЧ признал случай изъятия детей из семьи нарушающим права человека, социальные службы воспротивились возвращению детей в родную семью. Аргументом служило то, что дети де прожили в приемной семье 4 года и их травмирует смена обстановки. Странная логика, считает Руби Харрольд-Клёссон, ведь годы проведенные в родной семье не стали для социальных служб препятствием  для изъятия детей из семьи.

По этому делу правозащитникам пришлось еще раз обращаться в ЕСПЧ, так как Швеция демонстративно не выполняла решение суда. В настоящее время г-жа Ольсон – а ей уже 81 год – ведет статистику подобных дел. На ее личном счету 9 дел и 7 вынесенных в пользу детей приговоров.

После экскурса в историю шведских социальных служб, Руби Харрольд-Клёссон вернулась к сегодняшним проблемам. Шведское государство, говорила она, исходит из того, что оно может и должно защищать права детей без участия родителей. И это несмотря на то, что статья восьмая Европейской конвенции по правам человека гласит, что каждый имеет право на свою семейную жизнь.

Руби Харрольд-Клёссон задалась риторическим вопросом: Если конечная цель – воссоединение семьи, то зачем забирать детей из семьи? Ответ по ее мнению прост. Если социальные службы не будут изымать детей из семей, то бюджет муниципалитета  (коммуны) будет существенно меньше. С бюрократической точки зрения – это плохо. Еще одно обстоятельство: В Швеции высок уровень безработицы среди женщин и брать детей на воспитание это – заработок. И не столь уж маленький.  Более того, без приемных детей нет и социальных благ, в т.ч. и пенсии.

В 1979 году в Швеции был принят т.н. «закон против порки». Таким образом, было полностью запрещено любое насилие в отношении детей. У родителей нет вообще права заставлять детей что-то делать. Нарушители закона подвергаются двойному преследованию. И уголовному и административному (посредством изъятия детей).

В настоящее время в Швеции в приемные семьи передано 35 000 детей. И мы в своей работе, говорила Руби, неоднократно сталкивались с тем, что приемных детей бьют, хотя физические наказания в Швеции запрещены с 1979 года. В таких семьях дети порой подвергаются физическому, психологическому, эмоциональному и сексуальному насилию. Вообще сложно назвать защитой  ситуацию перемещения ребенка из родной семьи в место, где он вообще никого и ничего не знает.

Хочет ли Эстония идти по пути Швеции, которая систематические нарушает права человека? - спросила собравшихся Руби Харрольд-Клёссон. В мире существуют стандарты защиты прав человека. И в Швеции любят говорить о правах человека, где-то за границами королевства, но не любят говорить о том, что происходит в самой Швеции. При этом Швеция поставила себя в положение законодательницы мод. В результате в Северных странах ювенальные процедуры очень похожи. Ювенальное законодательство шведского образца всячески рекламируется. Даже Кофи Аннан говорил, что все страны должны принять подобные законы.

В настоящее время 12 стран приняли похожие законодательные акты, - отметила шведский юрист, - Однако, Швейцария отказалась вводить у себя шведские принципы ювенальной юстиции. Отказалась и Франция. И многие другие. По мнению Руби Харрольд-Клёссон, страны Средиземноморья, Франция, Бельгия ориентированы на семейные ценности, тогда как в Скандинавии культивируют индивидуализм. Поэтому мы не слышим о проблемах с  ювенальной юстицией в Португалии, например, но постоянно сталкиваемся с ними в Скандинавии, - подчеркнула Руби.

Под занавес обсуждения Галина Сапожникова подняла вопрос, который мучает многих, почему создается впечатление, что в той же Финляндии ювенальная юстиция особенно обращает внимание на детей выходцев из России или из бывшей Югославии? Это лишь впечатление или целенаправленный процесс?

Руби Харрольд-Клёссон, немного подумав, ответила, что, по ее наблюдениям, органы ювенальной юстиции, конечно, чаще интересуются детьми иммигрантов. Но в этом вряд ли есть политическая подоплека. Самое главное - это деньги. Ибо работа с детьми в приемных семьях, социальное обеспечение изъятых детей – большой и хорошо организованный  бизнес, в котором крутятся миллионы.

В ходе публичной встречи гостья клуба «Импрессум» ответила на многие вопросы публики. Полностью выступление Руби Харрольд-Клёссон  на английском языке с последовательным переводом на русский вы можете просмотреть и прослушать здесь.

 

Фото: Евгений Раудсепп

 


Другие новости