Print this page

Пресса о нас

В Ирландии всех эмигрантов часто называют русскими
В Ирландии всех эмигрантов часто называют русскими
28.06.2017

Наш собеседник – журналист, издатель и общественный деятель из Дублина Сергей Тарутин, который недавно побывал в Эстонии по приглашению международного медиаклуба «Импрессум»

Газета как источник информации

– Эмигрантская пресса на русском языке зачастую производит довольно грустное впечатление. Причём не имеет значения, в какой стране выходит газета - в Германии, Англии или, допустим, в США. Полагаю, вовсе не случайно в Эстонии, где в прежние времена выходило несколько вполне достойных газет на русском языке, сегодня осталось только два издания, и оба – российские бренды.

– Согласен полностью. Работать на эмигрантскую общину значительно сложнее, чем в метрополии. Но всё же эмиграция эмиграции рознь: одно дело - люди, ставшие эмигрантами, не выходя из своего дома, а совсем другое – те, кто сделал свой осознанный выбор. В Ирландии она второго типа, и, затевая издание на русском языке, я был уверен, например, в том, что со временем нам не нужно будет давать местные новости на русском языке, потому что наши потенциальные читатели выучат язык и смогут читать новости на английском, их будет это интересовать. Ничего подобного! Правда, сейчас уже «Наша газета» выходит не раз в неделю, а два раза в месяц, но в Интернете у нее сумасшедший рейтинг, по 15-20 тысяч заходов, а это много для нашей небольшой страны. С другой стороны, за это время уже успели вырасти дети наших первых читателей – появилось новое поколение иммигрантов. Да и ирландцы, кстати, не особо разбираются в приезжих. Проходят мимо два поляка в кожаных куртках – слышу, человек рядом со мной говорит: «Русские пошли». – «Какие русские? Это поляки». – «Да русские же! Они ведь не по-английски говорят».

– Ваша газета стала первым в Ирландии изданием на русском языке?

– Возможно, в позапрошлом веке у старой эмиграции была своя газета, но в современной Ирландии «Наша газета» - точно первая. Что было самое востребованное? Информация. И нашей основной задачей было проинформировать иммигрантов по всем вопросам, которые могут у них возникнуть. Прошло 16 лет – и мы сохранили эту концепцию. Читатели присылают свои вопросы, а отвечают на них профессионалы - например юристы.

Начинали мы с русской газеты, тираж сдавали в ирландские сети. Кстати, ирландцы очень хорошо относились к эмигрантским газетам. Говорили, что сами прошли большую школу эмиграции, читали свои эмигрантские газеты, знают, как эмигрантам тяжело, и это хорошо, что появилась русская газета. Но!.. Наша русская газета была востребована в других точках: в то время открывались так называемые «русские магазины», и ее охотно покупали там. Мне пришлось нанимать кучу людей, чтобы возить газету по всей стране. А я же пришел в это дело из бизнеса: чем больше возишь, тем эффективнее логистика. Грубо говоря, нужно было добавлять количество бумаги. А коллектив у нас интернациональный – литовцы предложили выпускать литовскую газету. Потом свою газету захотели поляки, вслед за ними – латыши. И даже нигерийцы захотели свою газету. Не вопрос – сделали! Но вообще, у этой идеи есть великая суть: национальный язык в чужой стране для общения не нужен, и его легко потерять. Дальше к нам обратилась «Русская мысль» – ее вкладывали в «Нашу газету». Пришла с предложением «Комсомольская правда» – ее печатали отдельно. Мне был важен объём.

– А почему вы говорите в прошедшем времени? Вы больше не выпускаете эти газеты?

– Сейчас остались две газеты, русская и литовская. Вспомните, в 2008-2009 годах начался кризис, и возникла проблема: расходы росли, но пошел процесс, обратный инфляционному – дефляция. Он еще страшнее инфляции: ты не можешь сделать что-то дороже, не можешь следовать ценовой политике. И я принял простое решение: нет денег – нет газеты. Газета издается на то количество денег, каким ты располагаешь.

– Но кризис закончился. Или нет?

– Кризис закончился, но медиа ушли в другую плоскость, сначала в Интернет, потом в социальные сети. И гнаться за ними не имеет смысла, потому что всё уйдет в формат мессенджера.

Ирландцы похожи на русских

– Ирландцы вас по-прежнему не обижают, к ним у вас нет претензий?

– К ним – нет.

– А у них к вам?

– Я иногда выступаю на ирландском радио. Недавно позвонила одна бабушка и говорит с акцентом из средней Ирландии: «Милок, у нас-то в нашем Муллингаре совсем никого-то не найти, чтобы по-ирландски с кем-то поговорить». Когда настали совсем плохие времена, в супермаркеты за кассу вернулись ирландские тётеньки. А ирландская тётенька за кассой – страшное дело: подойдет подружка, они зацепятся языками, и пока не обсудят все последние новости, очередь дальше не двинется. Когда на кассах сидели поляки, африканцы, латыши и индусы, всё шло быстро. С другой стороны, нация очень коммуникабельная, многие даже говорят, что на русских похожи: тебя легко принимают в свой коллектив, всегда рады видеть тебя на своих праздниках.

– Эмиграция – это не только переселение из одной страны в другую, но еще самоощущение. У вас двойное гражданство – какая страна вам сегодня ближе? Чьи новости воспринимаете острее? Какое телевидение чаще смотрите? Общаетесь ли с ирландцами, не по делу, а потому что вам этого хочется?

– В любом случае мы остаемся чужими среди своих и своими среди чужих. Никогда для ирландцев я ирландцем не буду, и отдаю себе в этом отчёт. Но, условно, я уже никогда не буду для русских русским. Критиковать свою страну ты можешь, если живешь там постоянно.

Но при всём при том мне ирландцы понятны. Я достаточно быстро нахожу с ними общий язык, и они находят общий язык со мной, без близких пересечений, без тесного контакта, но находим. Например, я понимаю, почему мой приятель, который работает в Китае преподавателем английского языка, пригласил меня на свадьбу. Когда ему стукнуло 79 лет, он решил жениться на 64-летней даме своего сердца, с которой был знаком 10 лет, и на свадьбе он с гордостью сообщил: «Вот, ко мне приехал гость из России!». А еще приехали гости из Канады, из Италии.

Ирландцы – маленький народ, им всегда хочется показать, какой широкий у них круг общения. Да, они воспринимают нас как русских, но как своих русских. Каждое утро мы с друзьями плаваем в Ирландском море – нас там очень доброжелательно встречают и говорят по-русски с сильным акцентом: «Доброе утро!». Или: «Привет!». А если посмотреть глубже, насколько я за что-то переживаю – я переживаю за Ирландию, поскольку вижу какие-то вещи, которые можно сделать лучше, и, конечно, я переживаю за Россию, где тоже многое можно улучшить.

Как можно получить ирландский паспорт?

– Проблема интеграции в Ирландии существует?

– Это большая проблема. Как во всём Евросоюзе, в принципе. На самом деле только в одной стране интеграционные процессы прошли благополучно – в США, где все приезжие. Правда, там пришлось истребить практически всё местное население, зато иммиграция прошла весьма удачно. В остальных случаях это как-то не сработало.

У ирландцев вечная проблема заключалась в том, что люди из страны уезжали. В 1850 году в Ирландии проживало 8 миллионов человек. В прошлом году насчитали 4,5 миллиона, включая всех «понаехавших» поляков, литовцев, латышей, эстонцев, румын и, конечно, русских. Сейчас 30 миллионов ирландцев живут в США, 15 миллионов – в Великобритании, 5 миллионов – в Австралии. В Бразилии – и то миллион ирландцев. Получается, общее количество проживающих за рубежом ирландцев примерно в 15 раз превышает население самой страны. Естественно, стране хотелось, чтобы свои люди возвращались. И был принят закон, по которому можно получить гражданство путем натурализации. По происхождению тоже можно, но если в XVIII веке англичане вывезли прапрабабушку на плантацию в Южную Калифорнию, его трудно официально установить. Поэтому они не стали заморачиваться, и в государстве действуют достаточно простые правила получения гражданства. Не скажу, что они абсолютно объективны, субъективизма тоже хватает, но формально, прожив в Ирландии 5 лет, честно платя налоги, не нарушая законы - словом, ведя приличную жизнь, практически любой человек может пройти процедуру натурализации.

– Владение языком требуется?

– Ну, сколько слов нужно знать, чтобы принести в суде присягу на верность Ирландии? Кстати, с некоторых пор она приносится большими группами. Более того, совершенно не обязательно по-английски. Видел приносили присягу, мама с дочкой из Индии – дочка переводила маме слова присяги с английского на хинди, мама повторяла их на родном языке, а дочка переводила на английский. Главное, чтобы было засвидетельствовано, что присяга принесена – и человек получает гражданство. Таким путем они пытались вернуть своих ирландцев на историческую родину. Но закон распространяется на всех, и его никто не менял.

 


Новости клуба