Print this page

Пресса о нас

«Хоть и живу в Лондоне, но думаю и пишу только по-русски»
«Хоть и живу в Лондоне, но думаю и пишу только по-русски»
Элеонора НОВИКОВА
06.11.2017

Поэтесса Лидия Григорьева прилетела в Таллин, чтобы выступить в международном медиа-клубе «Импрессум». Там и состоялось наше интервью.

– Вы много лет живете на две страны, в Лондоне и в России. Где живет ваш читатель?

– Конечно, в России. 

– А когда вас спрашивают, как живется в Англии, трудно ли привыкнуть к устройству жизни в этой стране, свыкнуться с английскими порядками, что отвечаете?

– Отвечаю: «Читайте мою книгу “Англия – страна Советов”, где все рассказано подробно». Там так же, как и везде. Разницы никакой, абсолютно. Так же деньги закапывают в землю…

– В каком смысле?

– А в таком, в каком у нас в России: положили асфальт, пройдет немного времени – снимают и начинают укладывать заново.

– О, это не только в России?

–Ну да, в Англии много раз наблюдала подобное – с этого начинается моя книга. Разницы – никакой. Человеческая психология во всем мире одинаковая.

– А от чего зависит, где вы в данный момент находитесь, в Лондоне или в Москве?

– У меня выходят книги, в Москве, в Петербурге, бывают презентации, фестивали – я лечу. Без дела в Москве не бываю. А зачем? Просто посмотреть? Так Москва тоже не мой родной город. Там друзья, там похоронен мой сын, там живет моя внучка – я там бываю. В Москве у меня квартира, рукописи, наш с мужем кабинет. Уже идут переговоры о том, чтобы в будущем открыть в этом кабинете музей моего мужа, большого поэта, прозаика, переводчика, мыслителя Равиля Бухараева, которого уже нет на этом свете, но осталось большое литературное и научное наследие. 

– Этим занимаетесь вы?

– Да и очень много. Издаю его книги, провожу вечера его памяти и всегда не по своей инициативе. Вечера памяти Равиля Бухараева прошли в Париже, в Тбилиси, Москве, Казани, Лондоне – везде огромная востребованность, люди его знают, читают.

– Если читают, следовательно, человечество еще не одичало окончательно?

– У меня очень хорошие прогнозы. Прежде всего, есть читающая молодежь. И когда они бродят по Интернету, не только ерунду читают. И не только баттлы слушают, кстати, замечательное зрелище – энергетически мощная компания реэпперов, у которых миллионы прослушиваний. И, в принципе, такое повторялось уже много раз в мире. Они поднимут, как мне кажется, волну интереса к культуре как к таковой. Эти талантливые ребята нашли свой способ самовыражения, и я не считаю, что все их слушатели полные идиоты.

– Вам, лично вам, нравится их слушать?

– Я вообще считаю, что «задрав штаны, бежать за комсомолом» (воспользуемся строчкой Есенина) очень неплохо. Отставать нельзя. А сидеть у камина в тапочках – самое гнилое дело: ничего не будешь знать – ничего не напишешь. Конечно, я никому не указ, а великий русский писатель Валентин Распутин до конца своих дней писал карандашом на бумаге в клеточку. Иногда у человека творчество на кончике пера, на кончике пальцев.

– Вы работаете в разных жанрах. То есть сначала писали стихи, чтобы впоследствии перейти к прозе, которая дает возможность высказаться более обстоятельно, скажем так, полнее выразить себя, так?

– Не так. Как только мне захотелось выразить себя, я сначала написала несколько романов в стихах. Это уже герои, это характеры, сюжеты. Это проза, но в стихах. Стихотворение, настоящая поэзия – то, что пересказать нельзя, а роман в стихах – можно. Значит, уже смежный жанр. И вот, написала я первый роман в стихах, «Круг общения», который в середине 1980-х был очень популярен. Критика назвала его «Онегин в юбке», считая, что я создала новые женские образы и так далее.

– Создали?

– А что мне стоило? Я просто взяла свое окружение, круг общения – всё! Но в литературе этого до меня не было. И – получилось. Но это не так, что сел и решил: а создам-ка я новый характер. Творческие задачи иногда не сформулированы, порой они формулируются уже потом, после того, как ты что-то создал. А когда начинаешь писать – такой разбег, что не думаешь о том, что создал «Онегина в юбке» или какой-то характер. Это другие должны о тебе сказать, создал ты или не создал. Когда вышел «Круг общения», его сопровождали 8 или даже 12 критических статей. Впервые он был напечатан в журнале, сейчас переиздала его под обложкой «Русская жена английского джентльмена» – в эту книгу вошли два романа в стихах. Второй написан в Англии, уже на тамошнем материале и опыте. И само собой это привело к прозе, потому что не все умещается в стихи. И появилась книжечка «Пять рассказов». Публика требует 55 рассказов. 

– Напишете?

– Придется писать (смеется).

– Пишете на компьютере?

– Я начинала на пишущей машинке. Роман в стихах «Круг общения» настучала за две недели в Доме творчества. Но для этого надо не выходить из комнаты, не есть, не спать. Ну не есть, конечно, преувеличиваю, в столовую все же сбегаешь, но в остальном себе отказываешь – и сосредоточенно работаешь. А вокруг лес, хотелось выйти погулять, но когда идёт, то идёт, отвлекаться нельзя. Мы с мужем и работали. Перейти на компьютер нам ничего не стоило. Но на самом деле не имеет значения, пишешь ли карандашом, стучишь ли ты машинке – главное, что ты написал. Моя позиция: ни в коем случае не отставать от всего, что доступно моей внучке, которой 20 лет. Наоборот, хочется им открыть что-то новое.

– Вы не только пишете, но и снимаете. Это – работа?

– Туристические фото шлепаю так же, как и все. Но у меня есть фотопроекты – это работа. Работа такая, которая может или убить, или продлить жизнь. Мне это жизнь продлевает. Однажды летела в Венецию после тяжелой болезни, но уже были заказаны билеты, гостиница – решила не отменять. Я сама себе работодатель – сама задумываю, сама воплощаю, потом это превращается в выставку, потом в фильм, в книги. 

– Фотография в вашу жизнь пришла случайно или закономерно?

– Мне было 18 лет, когда я выписывала журнал «Чешское фото» и другие журналы по фотографии. Я обожала их рассматривать, одно мне нравилось, другое не нравилось. Я знала, что такое кадр, как его строить, что такое настроение, но сама не фотографировала, потому что ненавидела технику. И когда пошла в фотокружок, как только мне стали рассказывать устройство камеры, тут же сбежала. Мне это было не нужно! А нужно было другое. То есть я не занималась фотографией, но занималась ею внутренне. И когда появилась техника, которая позволила мне не думать о том, как устроен фотоаппарат, как настроить выдержку, когда все можно было делать полуавтоматически (а сейчас уже автоматически), занялась фотографией серьезно, профессионально, хотя никогда ей не обучалась. Сначала даже не понимала, откуда я это знаю. Потом осознала: мне всегда это было интересно, я это чувствовала. Это очень важно для творчества.

– Ваши фотопроекты – это ведь не только фотографии, но тексты тоже?

– Давайте лучше прочитаю аннотацию: «Оригинальность книги в том, что прозаические тексты в ней пересыпаны стихами, словно слои праздничного торта цветными цукатами».

– И еще вы снимаете фильмы. В какой период жизни это началось?

– С телевидением сотрудничала всегда, вела программу с 15 лет. А когда оказалась в Англии, без знания языка, без особых устремлений, ничего не планируя и не предполагая, написала заявку на Российское телевидение, где меня хорошо знали. Они ко мне прилетели – мы сделали целый сериал: «Цветаева в Лондоне», «Гумилев в Лондоне», «Скрябин в Лондоне», другие фильмы. Вот на днях буду показывать в Лондоне цветаевский фильм, которому уже 20 лет и который не стареет. Авторские права у Российского телевидения, но на некоммерческих показах как автор могу с ними выступать.

– Кино и фотопроекты не мешают литературе, не теснят ее в вашей жизни?

– Нет-нет, это идет параллельно. И потом, я же не снимаю с утра до вечера. Но когда у меня цветет мак, фотографирую с 6 утра и до ночи.

– У вас цветут маки?

– А у кого? Я никогда не выхожу за пределы моего сада. Мое творческое кредо давно определено: только несрезанный цветок, только в собственном саду и только при естественном освещении. С другой стороны, представьте себе ситуацию, что я пришла к английским соседям, зависла над их цветком и 12 часов, в тапочках, в халате, под моросящим дождем или под солнцем, не разгибаясь, буду над ним стоять, пока мне это будет нужно и интересно. Соседу это нужно? Это нереально, это невозможно! Ни в коем случае! Ты должен жить с этим живым существом, который называется цветок.

 


Новости клуба