Print this page

Дискуссии

Русская живопись как визуальная иллюстрация российской истории

16.10.2018

Дискуссионная встреча на эту тему с известным российским историком и писателем, заместителем шеф-редактора исторического журнала «Родина» Семеном Экштутом прошла 16 октября в пресс-салоне Международного медиа-клуба «Импрессум». Она стала своеобразной презентацией его новой книги «Живописный детектив. Расследования и находки».

Поговорить о познавательных возможностях русской живописи пришли многие деятели культуры и искусства Таллина: журналист ЭТВ+, кинодокументалист Элла Аграновская, кинодокументалист Николай Шарубин, журналист газеты «Столица», культуролог Борис Тух, искусствовед Инна Захарова, актер Русского театра Эдуард Теэ, журналист Вячеслав Иванов, историк и краевед Татьяна Богданова, руководитель отдела Таллинского городского музея «Дом-музей Петра I и Таллинский Русский музей» Мария Сморжевских-Смирнова, художник и искусствовед Сергей Минин, руководитель Таллиннского клуба гидов, преподаватель и экскурсовод Елена Матоян, поэтессы Марина Викторова и Елена Ларина.

Открывая встречу, главный редактор газеты «Комсомольская Правда» в Северной Европе» и соучредитель клуба «Импрессум» Игорь Тетерин сказал:

- Семен Аркадьевич Экштут – один из крупнейших в России экспертов по исторической живописи, которая является одним из главных источников визуальных артефактов той эпохи. Ведь тогда не было ни телевидения, ни кино, ни фотографии. Его новая книга – особая: наш гость писал ее в течение двадцати одного года, находя в разных местах портреты, известные и не очень, и определяя, кто на этих портретах и какую информацию могут дать эти полотна.

Слово было предоставлено гостю, который сказал:

- Для меня очень большая честь, что меня сюда пригласили. К тому же это первая встреча после выхода моей книги, которая появилась буквально три недели назад. Повторю сказанное на предыдущей встрече: когда мне говорят, что богатство России в ее недрах, я всегда улыбаюсь, потому что считаю, что истинное богатство государства Российского находится в его художественных музеях, и прежде всего в запасниках. Я предпочитаю называть части книги не главами и не очерками, а именно делами: они все идут под номерами, выстроены в определенной логической последовательности.

Далее Семен Экштут поведал, как начиналось первое дело, о котором идет речь в книге.

- По долгу службы от журнала «Родина» я ездил в издательство «Изобразительное искусство», где приобретал высококачественные слайды для нужд журнала. Как-то, получив очередной заказ, я уже собрался уходить, и вдруг мое внимание привлек большой пыльный ящик с надписью «Брак». Сам не знаю почему, но я попросил разрешения изучить его содержимое. Девушки из архива любезно разрешили порыться в ящике. Я стал разбираться в слайдах и обнаружил портрет Екатерины II работы Дмитрия Левицкого (оригинал его хранится во Дворце великих магистров в столице Мальты Валетте). Мне захотелось узнать как можно больше об этой картине. Барышни из архива решили, наверное, что я не совсем адекватен: глаза горели, руки тряслись… Я сбивчиво объяснил им, каким сокровищем они владеют, выпросил у них максимально качественный дубль этого слайда и попросил до выхода моей статьи никому его не показывать. Так началась книга.

Когда мы стали выезжать в регионы в командировки от журнала, я выговорил себе право часа по полтора проводить в местных художественных музеях, чтобы поработать в запасниках, так и сложилась книга. А уже когда был сделан макет, появился завершающий очерк о знаменитой картине Ивана Крамского, которую часто называют «Незнакомка», но правильное ее название – «Неизвестная». Дело номер 24 было вставлено в почти уже готовую книгу. Она завершена, но расследования и находки продолжаются.

Когда я писал эту книгу, я понял, что не только исследователь ищет своих героев, но и они его. Сами портреты ждут исследователя и либо желают, либо не желают открыть ему свою тайну. Для меня очень важен эмоциональный, не побоюсь этого слова, интимный контакт с художественным произведением. Если я этот контакт ощущаю, я берусь за расследование, – добавил гость.

Игорь Тетерин заметил, что если Семен Экштут – «Шерлок Холмс», то на встрече присутствует и «доктор Ватсон» – журналист Элла Аграновская, которая тоже занималась расследованием и печаталась на страницах журнала «Родина». Она и задала первый вопрос.

Элла Аграновская рассказала, что когда в 2014 г. брала интервью у Семена Экштута, они долго расуждали о том, кто украл кто украл знаки ордена Андрея Первозванного у Д.А. Милютина", военного министра Российской империи в царствование императора Александра II. С тех пор эта история не дает ей покоя. «Откройте тайну!» – попросила она и получила ответ.

Версия, по словам гостя, родилась буквально дней пять назад: 1874 год – это время военной реформы Александра II и введения всесословной воинской обязанности. После проведения реформы (которой придворное общество было, естественно, недовольно: как это людей из высшего света станут призывать в простые солдаты?) Милютин, бывший главным двигателем этой реформы, не получил никаких наград. И только когда он поехал в отпуск в Крым, в Симеиз, там появился фельдъегерь с пакетом, в котором были знаки ордена Андрея Первозванного. Царь предпочел наградить министра втайне от придворной камарильи. Милютин появился в Петербурге с новым орденом. Вскоре этот орден у него украли.

- Я понял, – объяснил Семен Экштут, – что это дело рук придворной камарильи, если угодно, своеобразный знак, черная метка, посланная Милютину недоброжелателями: как это ему в мирное время дали высший орден Российской империи? Большой финансовой ценности орден в то время не представлял, значит, материальный мотив исключается. Думаю, что сам Дмитрий Алексеевич догадался, кто это провернул, но решил не оставлять свидетельства об этом в своем дневнике. Скорее всего, для этой цели наняли какого-нибудь опытного петербургского медвежатника, что можно было сделать через крупного полицейского чиновника.

Журналист Вячеслав Иванов задал следующий вопрос: была ли в период до 1917 г. Россия той страной, о которой рассказал в своем фильме Станислав Говорухин: Россией, которую мы потеряли? Была ли она супердержавой? И на это гость дал уверенный ответ:

- Мой приятель и постоянный автор журнала «Родина» Борис Николаевич Миронов, с моей точки зрения, крупнейший российский историк на сегодняшний день, выпустил трехтомник «Российская империя: от традиции к модерну». Он там приходит к выводу, что если бы Россия не вступила в I мировую войну, она имела бы все шансы быть супердержавой, которая превзошла бы Соединенные Штаты. Если бы Николай II проявил мудрость и отказался от вступления в мировую бойню, Россия бы только выиграла.

Вячеслав Иванов также спросил, что думает гость о феномене популярности Сталина. На это Семен Экштут ответил следующее:

- Я склонен считать, что В.И.Ленин был безусловным разрушителем, ничего не создавшим, даже знаменитый план электрификации всей страны был разработан Николаем II. А Сталин при всех совершенных им преступлениях все же был созидателем российской государственности. Как бы мы ни относились к самому Сталину, он оставил некое наследство, и я в своей книге написал, что, не оправдывая Сталина, принимаю бремя ответственности за преступления эпохи, поэтому не считаю нужным от них дистанцироваться.

Игорь Тетерин в этой связи вспомнил вопрос, который не успели озвучить на состоявшейся накануне публичной встрече: каковы были причины того, что за большевиками пошли столь огромные массы народа?

Как выяснилось, в своей книге «Империи последние мгновенья…» Семен Экштут рассмотрел этот вопрос. По его мнению, безусловно, в революции была доля вины интеллигенции, русского образованного общества. В течение нескольких десятилетий образованные русские люди, абсолютно не понимая реального положения вещей, негодовали на то, что их идеалы не воплощены в жизнь, и вместо того, чтобы сотрудничать с властью, работать на пользу государства российского, всячески конфликтовали с ней. Доля вины власти здесь тоже была. Взаимное отчуждение власти и общества и привело к революции.

- В течение года, – добавил Семен Экштут, – по заданию шеф-редактора я читал газеты 1917 года и видел, что российской глубинке были чужды революционная пропаганда и риторика. К апрелю 1917-го Россию удалось расшатать, и тогда с этой массой уже нельзя было совладать: нужна была диктатура. Диктатура генерала Корнилова не состоялась, восторжествовала диктатура большевиков. Справиться с русской смутой мог только диктатор. Демократическим путем победить это было невозможно.

- Представьте себе Петроград того времени, – добавил гость колоритный штрих к рассказу, – двести тысяч праздношатающихся военных ходили по городу и лузгали семечки. В ближайшем журнале будет материал о семечках как выразительной примете русской революции.

Элла Аграновская поинтересовалась, как Семен Экштут получает сведения об изображенных на живописных полотнах дамах: ведь у них ни орденов, ни эполетов. В ответ Семен Экштут поведал курьезную историю о том, как обнаружил на одном антикварном аукционе портрет дебелой обнаженной женщины, моющейся в тазике, и его приятель, показавший ему портрет, как оказалось, сумел выяснить, что эта ню постбальзаковского возраста – соседка художника по коммунальной квартире, работавшая в московской милиции.

Борис Тух спросил: «До какого рубежа русская живопись может служить иллюстрацией истории? Скажем, картины Сурикова – они отражение исторических реалий или эстетики и мировоззрения художника?»

- И то, и другое. Конечно, Суриков внимательно изучал реалии бытовой культуры. Вот он изображает парня, который бежит за санями в «Боярыне Морозовой» – и у него длинные рукава, художник знает, что варежек не было, а муфт бедняки не носили, грели руки в длинных рукавах. Репин для картины «Письмо запорожцев турецкому султану» собрал целую коллекцию артефактов той эпохи. Но настоящее серьезное изучение русской истории началось только со времен мирискусников и продолжалось недолго. Беда нашего искусствоведческого образования в том, что искусствоведы могут отличить акварель от гуаши, но совершенно не разбираются в российских наградах. И пишут на портрете в провинциальном музее: портрет неизвестного военного, хотя по мундиру и орденам легко можно определить, кто он такой.

Игорь Тетерин попросил гостя рассказать о самой захватывающей главе книги – последней, посвященной картине И.Крамского «Неизвестная».

Как рассказал Семен Аркадьевич, об этой самой известной работе русской школы живописи, которую иногда называют «русской Джиокондой», не было известно ничего: никаких прямых свидетельств, просто детективная история. Непонятно было, кто изображенная на ней женщина. На вопросы художник отмалчивался.

Кое-кто из коллег художника отзывался о картине уничижительно: «Кокотка в коляске!»

- Ну, действительно, за спиной у барышни Александринский театр, скверик, в годы империи там гуляли девушки легкого поведения. Специалисты по костюмам изучили ее шляпку и манто и утверждали, что дама из общества никогда не надела бы столько модных вещей сразу, в этом есть какая-то вульгарность. Отсюда делали поспешный вывод, что это не может быть дама из высшего общества.

Семен Экштут обратил внимание, что молодая женщина на картине одна в коляске, а в то время женщина, если она не дама полусвета, вообще не могла одна выйти, это нарушение всех норм приличия. Ее кто-то должен был сопровождать: отец, муж, брат, на худой конец подруга или компаньонка.

- Мне захотелось разгадать эту загадку. Приличные женщины в ту эпоху не позировали художникам сами, разве очень недолго, чтобы он «схватил» черты лица, а дальше писали с натурщицы. Я знал, что есть свидетельства известного литератора и издателя начала ХХ века Сергея Маковского, сына художника Константина Маковского, что княгиня Юрьевская в Ливадии позировала его отцу и, утомившись, отдала натурщице свое голубое платье. И я понял, что скорее всего работа была заказана Крамскому, который был близок к царской семье и писал портреты наследников. Итак, ему заказали портрет княгини Юрьевской, а кто это такая?

В 1880 г. умерла императрица Мария Александровна, и Александр II через 40 дней женился на княжне Екатерине Михайловне Долгорукой, с которой давно состоял в близких отношениях, даровал ей титул светлейшей княгини Юрьевской и узаконил их троих общих детей. Есть прямые свидетельства современников, что царь готовился к ее коронации, собираясь провести церемонию по образцу коронации Екатерины I. Этим планам не суждено было сбыться из-за гибели царя от рук террористов, но картина осталась. Дама одна, она сидит справа. А справа обычно сидел кучер. Известно письмо Екатерины Долгорукой императору: «Как я люблю кататься с тобой в коляске и править лошадьми!» Если мысленно взять любой портрет Александра II и усадить царя рядом с Неизвестной, то станет видно, что он идеально туда впишется.

Когда этот пазл сложился, Семен Экштут опубликовал статью в журнале «Родина» и затем главу книги, а позже получил письмо от одного исследователя, который пришел к тому же выводу.

Игорь Тетерин спросил, обнаружил ли гость интригу в каком-либо из полотен, увиденных им при посещении Кадриоргского художественного музея в Таллине.

Семен Экштут рассказал о двух портретах, которые увидел в Кадриорге и готов разгадать их тайны. Один из них – прекрасный портрет неизвестного художника, изображающий молодую даму с орденом святой Екатерины I степени.

- На шее женщины нет положенного статс-даме овального портрета императрицы на Андреевской ленте. Судя по прическе, по платью, это примерно 80-е гг. XVIII столетия. Значит, надо искать женщину, которая награждена орденом святой Екатерины, но при этом не является статс-дамой. А всего женщин, удостоенных этого ордена, было на тот момент пять или шесть. Дальше дело техники – установить имя лица, изображенного на портрете, можно в течение нескольких часов. Мы договорились, что мне пришлют качественную репродукцию этой картины, и я собираюсь это сделать. Гипотеза сложилась, думаю, что она верна на 75%.

Вторая картина – портрет молодого человека, предположительно работы Аполлона Мокрицкого, но Семен Экштут думает, что портрет может быть кисти Брюллова. На глазах у собравшихся гость провел экспресс-анализ картины, разъяснил, какие ордена носит молодой человек, что означает крупный перстень с бриллиантом на его пальце, его прическа и одежда, выглядящие по-европейски. И сделал вывод: скорее всего это какой-нибудь крупный дипломат, возможно, министр или посланник одной из европейских стран. «Надо искать среди чиновников МИД», – с юмором заключил гость.

На вопрос Вячеслава Иванова, имеются ли загадки в советской живописи, Семен Экштут рассказал, как однажды «разоблачил» фотографию, где рядом со Сталиным на трибуне Мавзолея был запечатлен якобы маршал Тимошенко: «Я смотрю и говорю: это не Тимошенко, у этого человека четыре ордена Славы, три I степени и один II. А на самом деле Тимошенко имел только три ордена I степени».

Маршальская звезда на фото оказалась тоже не такая, какие были во времена Тимошенко. Достаточно быстро Семен Экштут установил, что это будущий главный маршал авиации Константин Вершинин, выяснил и дату фотографии.

Семен Экштут добавил, что его интерес к советской истории все же избирательный: например, военные периоды столь драматичны, что, на его взгляд, их должен осмыслить даже не историк, а писатель толстовского масштаба. А вот эпохой Брежнева он собирается в ближайшее время заняться.

Встреча продолжалась почти два часа. Задавались вопросы о состоянии музейного дела в России, об изменениях взглядов на историю по конъюнктурным соображениям, о том, какие проблемы возникают в наше время в исторической науке (по словам гостя, проблема даже не в том, что какие-то материалы засекречены, а в том, что опубликованное мало обсуждается, поэтому он ведет в журнале «Родина» рубрику, где регулярно публикует и комментирует новые архивные материалы). Участникам встречи удалось полистать книгу, которая в скором времени появится на прилавках магазинов. И, разумеется, получили новый стимул сходить в Кадриоргский художественный музей.

Для справки:

Новая книга историка Семена Экштута «Живописный детектив: расследования и находки» по-своему уникальна. В ней 24 главы, каждая из которых представляет собой «расследование», в ходе которого обретают имена и биографии не известные ранее герои живописных и графических портретов XVII – начала XX века. От монархов и генералов до искательниц приключений и провинциальных чиновников. В результате история России предстает читателям в необычных ракурсах и в множестве интересных и малоизвестных деталей.

 

С общим ходом дискуссии вы можете познакомиться, посмотрев видеоотчет об этом мероприятии.

Видео размещено в YouTube, откроется в новом окне.

 


Новости клуба