Print this page

Пресса о нас

Революция в России в 1917 году была столь же неизбежна, как приход к власти большевиков и Гражданская война
Революция в России в 1917 году была столь же неизбежна, как приход к власти большевиков и Гражданская война
Элла АГРАНОВСКАЯ
29.05.2019

Наш собеседник – ведущий информационных программ и обозреватель российского телеканала НТВ, кинодокументалист Владимир ЧЕРНЫШЁВ, который недавно побывал в Таллине и выступил в международном медиа-клубе «Импрессум». Участникам встречи он показал один из фильмов своей документальной серии «Октябрь Live», воссоздающей историю октябрьских событий 1917 года.

Участникам встречи он показал один из фильмов своей документальной серии «Октябрь Live», воссоздающей историю октябрьских событий 1917 года.

Репортаж из прошлого

– В советское время эпизоды игровых фильмов любили снимать под документальное кино, что придавало событиям убедительность и достоверность, достаточно вспомнить «Семнадцать мгновений весны». Сейчас принято внедрять в документальную съёмку игровые кадры, в которых, например, наряженные в кринолины красотки с манерами «девушек с пониженной социальной ответственностью» изображают фрейлин. Неубедительно, скажем так. Но ваш фильм примиряет с этим приёмом: даже при том, что актёры внешне не похожи на своих персонажей, чьи портреты мы видим в следующем эпизоде, возникает ощущение подлинности документа.

– Мы переживаем такое время, когда ломается представление о доставке информации. И для людей, которые существуют в цифровом мире, понятие хроники сильно изменилось. У нашего поколения чёрно-белая хроникальная съёмка плохого качества оставляла ощущение: да это жизнь, это её свидетельство! Сейчас хронику каждый может снять на айфон, в хорошем качестве, и выложить в социальные сети, в Ютюб. На этом выросло целое поколение, которое вообще не понимает, что такое чёрно-белые кадры, не воспринимает хронику как свидетельство реальности, - напротив, для них она, скорее, что-то вроде постановки. Может, они и понимают, что это уникальный документ, но эмоционально, к сожалению, не воспринимают. Поэтому мы предприняли попытку расширить аудиторию, приблизить её через историческую реконструкцию, через цветные кадры к тому времени.

– Наряду с внуками Керенского, Троцкого, Молотова, которые дают интервью в кадре, на экране – как бы в соцсетях – появляются современники революционных событий: княгиня Ольга Палей, Ленин, Вышинский, генерал Корнилов, министр иностранных дел Временного правительства Милюков, писатели Джон Рид, Уильям Сомерсет Моэм, многие другие. Очень неожиданный приём.

– Это ведь не документальное кино, это телевизионный проект, а я не кинематографист, я журналист, и для меня этот проект – репортаж из прошлого. Мы передавали документальную информацию так, как если бы существовали современные средства её доставки: переписка в соцсетях и пр. К сожалению, кроме художественной реконструкции, у нас нет средств погружения в эпоху, о которой рассказываем. Любая хроника, как бы хорошо она ни была отреставрирована, не даёт нужного восприятия. Приведу интересный пример. В нашем цикле «Революция Live» одна из серий была посвящена событиям 1905 года. В российском Государственном архиве нам дали плёнку, которую ещё никто не видел – первое обращение государя императора к первым депутатам Государственной думы. Как человек, воспитанный в уважении к хронике, я поставил её в начало фильма. Когда всё склеили, спросил: нормально получилось? И один из наших молодых монтажёров говорит: «Слушай, там брак в начале». – «Какой брак?» – «Ну, съёмка бракованная, вообще ничего не видно, изображение дрожит, это не пройдёт ОТК». – «Ты что?! Это съёмка 1906 года!» – «Давай выкинем, смотреть невозможно».

– Нормально…

– Я не говорю, что это нормально. Я говорю, что это примета времени. Если он воспринял хронику не как некую реальность, а как брак по изображению, что говорить о других?

– Вы полагаете, что растиражированные цитаты, вроде «промедление смерти подобно», тоже не знают?

– Когда мы учились в школе, мы это знали, и про «почту, телеграф, телефон» тоже знали. Сейчас я преподаю студентам – меня поражают провалы в их знаниях, иногда просто шокируют. Казалось, наступит цифровой век, станет доступен Интернет – не надо будет тратить столько времени на поиски нужного тома и нужной страницы в Большой Советской энциклопедии, вся библиотека мира в телефоне, можно извлечь любую информацию. Нет! Они могут знать что-то малозначимое, но какие-то основополагающие вещи им не известны. Не знаю, насколько наш фильм поможет молодёжи по части образования, но, тем не менее, когда мы его показываем, люди смотрят с интересом: кто-то, может быть, забыл, кто-то и не знал никогда.

– Кто-то путает Февральскую революцию с Октябрьской.

– Именно.

Все оттенки красного и белого

– Таким образом, ваша цель – просвещение аудитории?

– Я всегда старался заниматься тем, что мне самому интересно, стремился разобраться, прежде всего, в тех темах, которые привлекают меня. Мне была интересна политическая жизнь страны – я работал репортёром, политическим обозревателем. Соответственно, хотелось разобраться в истоках многих современных событий. А чем лучше начинаешь в них ориентироваться, тем глубже погружаешься в историю, нащупываешь исторические корни. Мне хотелось расставить для себя какую-то иерархию ценностей, событий, чтобы смотреть не упрощённо – «красные» против «белых», а понимать все оттенки красного и все оттенки белого.

– Как вы считаете, революция была авантюрой или всё-таки закономерным развитием событий?

– Без авантюры никакое решительное действие невозможно, но удаётся она только в том случае, если обусловлена какими-то очень серьёзными причинами. И если бы не существовало глобальных причин для такого решительного общественного слома в стране, никакие большевики власть бы не удержали. Существует конспирологическая теория, что пришли несколько инородцев и насадили в России свою власть. Но если бы их не поддержали миллионы людей, если бы не пошли в Красную армию, авантюра была бы обречена на провал: в Белую армию пошло гораздо меньше людей. Атаман Каледин докладывал, что к нему записались 147 человек всего. «Народ не с нами», – констатировал он. Вышел в другую комнату и застрелился.

Безусловно, были объективные причины победы большевиков. А самой главной, на мой взгляд, причиной всех последующих событий была Февральская революция – страна готовилась к ней на протяжении десятилетий. В «Революции Live» мы как раз рассматриваем постепенное движение с конца XIX века. События Февральской революции готовили не столько пролетарские рабочие, сколько люди гораздо более высокого статуса, включая членов августейшей фамилии и нашу российскую интеллигенцию.

Почему погибла Российская империя

– В февральские дни великие князья ходили по улицам Петербурга с красными бантами на груди. Всех, кто не успел бежать в эмиграцию, потом уничтожили.

– Если посмотреть даты смерти людей, принявших Февральскую революцию: 1919-й год, 1920-й – всё, финал! Генерала Рузского зарубили через год после того, как он вынудил Николая II отречься. Арестовавший императора генерал Алексеев тоже через год умер…

– Добровольно сдавшегося последнего министра внутренних дел Российской империи Протопопова большевики расстреляли в 1918-м. Внука Николая I, великого князя Сергея Михайловича, признавшего Временное правительство, в 1918-м вывезли в Алапаевск, застрелили при сопротивлении, а тело вместе с ещё живыми узниками из семьи Романовых сбросили в шахту. Его брата, великого князя Георгия Михайловича, расстреляли в Петропавловской крепости в 1919-м.

– Брата царя, в пользу которого он и отрекался от престола, великого князя Михаила Александровича, тоже расстреляли в 1918-м. Этот рубеж положил конец не только старой России, но и жизни многих людей, которые этот конец приближали. В этом есть некая символичность.

– Следовательно, гибель империи – закономерное явление? Напрасно нынешние монархисты убиваются?

– Быть может, Николай II был бы хорошим императором в более спокойные времена. Но ему выпало править в жёсткий для страны период, а он, в отличие от отца, Александра III, не был соразмерен своей эпохе. Гениальность правителя в том, что он должен понимать вызовы, угрозы и предвидеть возможное развитие событий. Николай Александрович Романов, видимо, не предвидел и, думаю, даже не мог себе представить, к чему приведут те или иные действия. Но тут уже сослагательного наклонения быть не может: что случилось, то случилось. Это сейчас, задним числом, полно монархистов, а в тот момент никто особо не плакал по монархии. В нашем фильме один историк говорит: «А где народ-то был? Царь из поезда не выходит, слухи идут, что он арестован. Хоть один человек пришёл на перрон, спросил, где царь, покажите? Нет». Видимо, общественное сознание было настолько к этому подготовлено, что оно прошло безболезненно. Гораздо больше было возмущения, когда разогнали Учредительное собрание, чем когда императора сбросили. Вот такая история.

 


Новости клуба