Print this page

Работы лауреатов конкурса «Некороткая память»

Три часа в кафе «У Акопа»

Андрей БАБИН
СУХУМ

Это заведение на сухумской набережной – больше, чем просто кафе. Это место, где можно узнать и обсудить все здешние и мировые новости. Сюда и президент республики иногда заходит пообщаться с людьми.

Сухум и Сочи разделяют считанные километры, но что у них общего, кроме моря и гор? В Сочи курортная жизнь бьет ключом. В Сухуме – тихо. Зато можно услышать, как кричат летающие над морем чайки, а в центре на набережной мужчины играют в шахматы и домино. Возможно, это кому-то из них адресован плакат на улице Леона: «Приветствуем участников четвертого открытого чемпионата республики Абхазия по домино!»

Что значит «Аруаа»?

Неподалеку от площадки, облюбованной играющими – кофейня. Там висит плакат с логотипом общественной организации ветеранов Отечественной войны 1992-1993 годов «Аруаа».

«А что означает “Аруаа“?» – спросил я у мужчин, сидевших за одним из столиков. «Бери стул, присаживайся, – сказал один из них. – Кофе тебе сладкий, средний?» Поднялся я из-за этого столика через три часа.

Это было кафе «У Акопа». Существует оно здесь с незапамятных времен. Самого армянина Акопа в живых уже нет – погиб на войне, дело перешло к его дочери и зятю. Цена кофе неизменна на протяжении многих лет – 10 рублей. При этом напиток отменный – густой, ароматный. Каждому его заваривают в маленькой турке, греют в горячем песке. Словом – по-турецки.

«Аруаа» – значит «воин». Но, конечно, не только значение этого слова объясняли мне в течение трех часов. «Откуда к нам? – спросил полный мужчина, сразу распознав во мне чужака. – Из Эстонии? А, знаю, знаю. Гостиница „Виру“! Гуляли там когда-то, и не раз. Вот времечко было... Интересно, сколько сейчас там номер стоит? Долларов 500, небось?»

Этого завсегдатая «У Акопа» зовут Валерий Дения, но чаще его тут называют Черчиллем – такое закрепилось за ним прозвище. Действительно, похож. Ему бы сигару еще. Но этот абхазский Черчилль курит сигареты – одну за другой.

Валерий проводит здесь все дни напролет, он единственный, кому наливают кофе в персональную чашку. Он говорит, что сюда по субботам заглядывает президент Сергей Багапш пообщаться за чашкой кофе с людьми. К нему народ, в общем-то, хорошо относится. Только мягковат немного, – считает Валерий.

«Недавно Путин приезжал, но он к нам не завернул – там прошел со свитой, – махнул он рукой в сторону улицы Леона. – А Грызлов, председатель Госдумы, был, как раз за этим столиком сидел».

Выяснилось, что Валерий Дения – родственник покойного Шамиля Басаева: племянница Валерия была за ним замужем. Басаев известен как жестокий и беспощадный главарь боевиков-террористов, организовавший крупнейшие теракты в России – взрывы домов, Дубровка, Беслан... Но еще до всех этих событий, когда в августе 1992 года грузины напали на Абхазию, Басаев со своим отрядом пришел, чтобы воевать на стороне абхазов, причем был одной из ключевых фигур в этой войне, и абхазы это помнят.

Я где-то в Интернете читал о том, как абхазка Индира, первая красавица Гудауты, учительница с московским образованием, на которую засматривались все местные мужчины, предпочла мрачного чеченского боевика. Значит, Валерий Дения по прозвищу Черчилль, что рядом потягивает кофе и курит сигарету за сигаретой, – ее дядя. Он рассказал, что племянница во время войны была официанткой в столовой, где питался отряд Басаева, – там они и познакомились.

Свадьбу гуляли в одной из здравниц в Гагре, по мусульманским обычаям. Валерий сам в войну помогал басаевцам в качестве шофера. «У них в отряде курили настоящие „Мальборо“, из Америки, вот уж накурился хороших сигарет», – вспоминает Валерий.

Он не верит, что Басаев погиб, как сообщалось, в 2006 году в результате подрыва грузовика с боеприпасами, который тот сопровождал. «Шамиль был крупный стратег, не мог так легко подставиться», – считает Валерий. Многое совпадает в его рассказе и в том, который я читал. Только там написано, что Индира с детьми живет в Турции, а он говорит – в Саудовской Аравии.

Как и тысячам абхазских семей (и грузинских, конечно, тоже), война нанесла незаживающую рану и семье Валерия Дения: он потерял сына и дочь.

Парламентский конфуз

Одной из обсуждаемых тем за нашим столиком был недавний парламентский конфуз: депутаты приняли закон о «нулевом» варианте абхазского гражданства для грузин, вернувшихся после войны на прежнее место жительства в Абхазию (живут они в основном в Гальском районе). Президент не утвердил закон, и депутаты с ним согласились. Но ранее-то приняли его.

Общее мнение сидевших за столиком: в тот момент у парламентариев одновременно помутился рассудок. Я осмелился высказать особое мнение: «А почему бы не дать людям абхазское гражданство, если они здесь постоянно живут?» Один тут же спросил в ответ: «А что, разве у вас в Эстонии гражданство всем просто так дают?».

Абхазское гражданство местные грузины, конечно, могут при желании получить, но – в индивидуальном порядке. Кстати, мне очень хотелось съездить в Гальский район, чтобы из первых рук узнать, как грузинам живется среди абхазов. Не получилось: дефицит бензина. Он был вызван тем, что грузины задержали следовавший из Турции в Абхазию танкер с топливом. И тут же приговорили капитана к 24 годам тюрьмы. Чтоб другим неповадно было. В Тбилиси прибыл представитель турецкого правительства и выкупил несчастного за 18 тысяч долларов, но танкер остался под арестом.

Много чего тут за эти три часа пришлось услышать. Один пришел пожаловаться. «Я около своего дома обнаружил противотанковую мину, кстати, украинского производства, – рассказал он. – Встретил сейчас заместителя начальника Службы госбезопасности, рассказал ему о находке, а тот говорит, что он не сапер. Ну не идиот? Я же не прошу его лично разминировать, ты дай команду, по твоему же ведомству дело».
Все согласились с ним. Кстати, а правда ли, спросил я, что в каждом абхазском доме хранится оружие? «Конечно, правда, – ответил тот, кто рассказал о мине. – У меня самого дома лежат автомат и гранатомет, но без права ношения. Я и не ношу, как видишь. Правда, не все такие сознательные, особенно в районах».

За что сражались?

В это же время рядом, в Русском театре, проходило собрание, организованное правлением «Аруаа». Все желающие в зал не поместились, и несколько десятков человек слушали выступления у входа, куда была выведена трансляция. Наиболее эмоциональные речи доносились и к нам на набережную. В декабре состоятся выборы президента Абхазии, а страсти уже накаляются.

То и дело подходили люди от театра и рассказывали, что там происходит. Один выступавший потребовал сделать грузинские школы абхазскими. «И правильно! Как они наши абхазские школы превращали в грузинские!» – поддержал рассказчик оратора. «Зачем же опускаться на тот же уровень, это же неблагородно, пусть дети учатся на родном языке, что вам, жалко, что ли?» – сказал я.

«Расстрелять их всех там, вот это будет благородно!» – отрезал собеседник. «Вы тоже член „Аруаа“?» – спросил я. «Нет, я член Коммунистической партии! – с гордостью сказал он. – Сейчас мы обновляем методы работы, меньше слов – больше дела. Формируем партизанский отряд, наша цель – восстановить Абхазию в тех границах, когда наша столица была в Кутаиси». Это было несколько столетий назад. Шутит? Никаких намеков на это на лице коммуниста.

В августе прошлого года мне довелось побывать в Южной Осетии. Примерно такие же речи звучали, те же царили настроения. Тогда две недели прошло после войны. В Абхазии срок мирной жизни намного больше, но кажется, что война закончилась только вчера: ненависть к Грузии и грузинам точно так же висит буквально в воздухе.

Вот бы, вдруг подумалось, эстонские руководители потребовали восстановления территориальной целостности Грузии не у себя дома или с трибуны ООН, а здесь, в кафе «У Акопа»...

Фото: Андрей Бабин
На первой фотографии:
«У Акопа» можно не только выпить отличного кофе, но и обсудить все местные и мировые новости.



Валерий Дения по прозвищу Черчилль – завсегдатай кафе «У Акопа».



Улица Леона, ведущая к набережной, – одна из немногих в Сухуме, которую удалось привести в порядок.


Новости клуба