Print this page

Событие

Русский Париж сегодня – в жизни, литературе, прессе

13.11.2018

Так была определена тема публичной встречи, состоявшаяся 13 ноября в Международном медиа-клубе «Импрессум». Гостьей клуба стала Елена Кондратьева-Сальгеро – журналист и публицист из Франции, главный редактор парижского литературного альманаха «Глаголъ».

Между судьбами русских в Эстонии и Франции прослеживается много параллелей. Русские эмигранты послереволюционной волны перебирались во Францию как раз через Эстонию. В гостях у клуба «Импрессум» уже были французские гости русского происхождения, например, Дмитрий де Кошко. Елену Кондратьеву-Сальгеро клуб пригласил, чтобы поговорить – каково это быть русским в эмиграции, стоит ли ассимилироваться или оставаться самими собой, наконец, что такое эмиграция вообще, испытание личности или счастливый билет в земной рай?

Представив гостью, главный редактор газеты «Комсомольская Правда» в Северной Европе» и соучредитель клуба «Импрессум» Игорь Тетерин пригласил ее на кафедру для выступления перед таллинской аудиторией.

Поблагодарив публику за внимание, Елена Кондратьева-Сальгеро приступила к рассказу о себе. История ее отъезда во Францию не совсем типична: она выросла в Москве, которую очень любит до сих пор, покидать родину не собиралась, но, закончив Институт иностранных языков имени Мориса Тореза и в совершенстве овладев французским языком, познакомилась с французом, вышла за него замуж, и в 1989 году, накануне краха девяностых, как раз в то самое время, когда распадался Союз, отправилась с мужем на его родину. Как любой эмигрант, Елена прошла период адаптации, хотя с языком проблем у нее не было.

Елене довелось встречаться со многими покинувшими Россию людьми, и она заметила, что по отношению к русским эмигрантам новой волны они делятся на две группы.

- Я заметила тенденцию к разделению: часть эмигрантов относились к новой волне русской эмиграции с большим интересом и огромной доброжелательностью. Они не знали, что вот-вот произойдет обрушение этого мира, который потеряли и они, и мы, но по-разному. Но были и такие люди, особенно в старшем поколении, которые смотрели на своих соплеменников с презрительным апломбом к «советским»: как будто мы были в чем-то виноваты перед ними, как будто мы у них что-то отнимаем. Слышала, как некая дама на одной дискуссии о русской истории вещала с кафедры, что все поколение рожденных в СССР должно чувствовать себя виноватым за то, что там случилось. Я поняла, что наше французское общество делится на две «тусовки». Прав был Николай Бердяев, когда писал в своих дневниках, что русские любят делиться по первому попавшемуся признаку: на правых и левых, на красных и белых… Это я считаю основополагающей чертой всей русской эмиграции.

По мнению Елены Кондратьевой-Сальгеро, т.н. либеральная часть русского общества за рубежом значительно нетерпимей. Казалось бы, если бы вы пропагандируете свободу, то должны быть терпимее к чужому мнению, но нет!

- Как правило, это риторическая политика, – пояснила она, – это люди, которые много говорят. Для либеральной когорты характерна категоричность и резкость к оппоненту, эти люди настроены на бой, а не на дискуссию. Никогда не спорьте с дураком, иначе люди не смогут понять разницу между вами! – подытожила гостья.

Далее Елена Кондратьева-Сальгеро поведала историю альманаха «Глаголъ» – именно так, с буквой «ять» на конце, пишется его название. По ее словам, русские за границей активнее всех организуют кружки, воскресные школы, хоры, детские театры и т.д. И альманах «Глаголъ» – лучшее тому подтверждение. Он был создан как некий кружок. Основатели культурной ассоциации «Глагол» – журналист и переводчик Владимир Сергеев и его жена Алла Сергеева. Вначале это были просто тематические вечера в русском стиле: литературные, музыкальные, театральные. Потом было решено издавать альманах. В первое время издание было совсем не таким, как сейчас, напоминало школьную стенгазету: печатались все, все друг друга хвалили и читали, никто не уходил обиженным.

- В зале есть действующие поэты, – заметила гостья (на встрече была автор альманаха «Глаголъ», таллинская поэтесса Марина Викторова), – и они подтвердят: если вы пишете плохие стихи, доказать вам, что они плохие, практически невозможно – даже ценой жизни зверствующего редактора.

Поскольку издатели альманаха печатали своих добрых знакомых, то эти вкусовщина и местечковость, а вовсе не Интернет, разрушили концепцию издания. Наконец, у Аллы Сергеевой кончилось терпение. Она отказалась печатать графоманов.

В 2014 г после событий на Украине произошел очередной большой раскол в русской эмиграции, и в этот момент Елену, которая уже была известна как публицист, пригласили возглавить издание и сделать его более качественным.

- Момент был исторически переломным, когда рвались все связи не только за рубежом, но и в самой России, – рассказала Елена, – и мы решили сохранить единство хотя бы в литературе: снять ограничение парижской прописки и открыть альманах всему русскоязычному сообществу. У нас авторы из Австралии, из Америки, из Беларуси, из Молдовы, из Германии, Австрии, Англии и, конечно, России. Мы полностью изменили концепцию, сделали рубрики по принципу толстого журнала. Нет также ограничения стилей и жанров: есть и публицистика, и журналистика, проза и поэзия, переводы и интервью. Есть даже рубрика фантастики. Мы привлекли хороших художников, например, московская художница Елена Любович, питерский художник Андрей Карапетян.

Надо сказать, обложки альманаха выглядят очень эффектно: на них черно-белые фотографии самых разных фотохудожников, от именитых до совсем неизвестных.

Относительно текстов, по словам гостьи, концепция альманаха следующая:

- Единственный критерий к любому тексту – его качество. Плохо написанных текстов мы не берем. Гонорары не платим, но и за публикацию денег не просим. Печатаем всех, чьи работы редакция признает достойными, вне зависимости от политических и прочих убеждений. Дважды альманах спонсировала организация «Русский мир», один раз – организация «Россотрудничество». Иногда нам помогают частные спонсоры, которые из скромности своей желают остаться неизвестными. Спонсор оплачивает только самое необходимое: типографию, оформление, макет и работу корректора.

- Большинство авторов нашего альманаха в реальной жизни не сядут за один стол без мордобоя, – пошутила Елена, – и, тем не менее, нам удается издавать их под одной обложкой.

И еще, добавила Елена, в альманахе бок о бок печатаются и очень известные авторы, например, российский журналист Владимир Мамонтов или популярный проповедник священник Андрей Ткачев, рядом с незнакомыми публике литераторами и публицистами из самых разных географических точек. Все желающие писатели и художники могут прислать редакции свои произведения. Есть и доступная электронная версия.

После этого вступительного выступления гостьи начались вопросы.

Журналист Вячеслав Иванов спросил, как во Франции обстоят дела с самосознанием национальных меньшинств, как они позиционируют себя – как «афрофранцузы»? По наблюдениям журналиста, только русские в эмиграции позиционируют себя как русских, но через пару поколений происходит обратный процесс.

 - Их позиционирует так правительство. Сами же они как раз позиционируют себя в качестве выходцев из собственных стран и всячески поддерживают культурную разделенность с французским миром. Можете не верить, но это так! Во время футбольных матчей самая наилиберальнейшая пресса была крайне удручена: приходилось видеть, что когда выступает французская сборная, ее члены отказываются петь французский гимн. А болельщики приходят на трибуну даже на французские матчи с алжирскими флагами.

Читательница Анна задала вопрос через СМС: «Чем французский менталитет отличается от русского и в чем схожесть?» Гостья ответила довольно обстоятельно:

- Много различий, но и общего много. Во-первых, французы более уравновешены, менее категоричны. Мы очень близко к сердцу принимаем любое разделение, несогласие. Меня недавно спросили на одном из культурных собраний: ну почему у вас, русских, все время трагедии, страсти, войны, передряги? У нас, мол, тоже была революция, ну, поотрезали голов, ну и что. А ведь страшные вещи творились во времена Великой французской буржуазной революцией – один из французских журналистов мне недавно признался, что этот термин «Великая» его шокирует. Не берусь судить, что на это влияет: климат или нечто другое, но русские более категоричны. Среднестатистический европеец ответов на главные вопросы с таким упорством не требует, а русские хотят ясности, и прямо сейчас. С другой стороны, я 24 года прожила в Москве и вот уже скоро 30 лет во Франции – и должна сказать, и дураков, и дорог везде достаточно.

Оксана Коткас, активная участница дискуссий клуба «Импрессум», спросила, чем отличаются отношения между мужчиной и женщиной в семье, а также дружеские отношения у французов и русских. По словам Елены, различий не так много, как можно подумать: различаются люди, а не национальности, а проблемы отцов и детей есть во всех странах.

- Я для себя вынесла только один урок – никогда не критикуйте, никогда не судите. У меня даже такое мистическое представление, что чем больше вы говорите дурно о других, тем сильнее вам отольется. Как мать я вижу, что проблемы всех матерей схожи.

Разве что вкусы в одежде в Европе и России отличаются. Елена нашла, что таллинские дети по общему облику похожи скорее на московских, а не на парижских, что объясняется, может быть, климатом северных стран: шапки, куртки, ранцы.

Журналист Борис Тух вспомнил, что годовщина французской революции по-прежнему отмечается 14 июля, а вот в России вместо праздника 7 ноября ввели День народного единства – и спросил, что гостье больше по душе.

- День народного единства, – предположила Елена Кондратьева-Сальгеро, – это попытка соединить несоединимое. Эта дата – попытка примирить тех, кто хочет отпраздновать годовщину революции, и тех, кто считает это национальной трагедией. Разумеется, революции лучше не допускать. Но с другой стороны, я считаю, что свою историю надо принимать.

Были зачитаны вопросы, поступившие через Интернет от Анатолия из Харьюмаа: «Скажите, как французские СМИ сегодня описывают жизнь России? Объективно или, как и все – с тухлым душком русофобии? И насколько верят простые французы газетам и телеканалам, когда те обвиняют Россию и русских во всех мыслимых и немыслимых грехах?»

Отвечать гостья начала издалека:

- Вы верили, когда в период брежневского застоя вас с утра до ночи бомбардировали клише на передовицах газет? Паустовский называл эти тексты «членистоногими»: любой кусок можно вырезать и в любое место вставить: американский агрессор, израильский агрессор… Только теперь я такое читаю в американской прессе. Мы все читали и слушали, но все же знали, что правда, а что нет. И читающие французы точно так же понимают это, как и вы. У любого европейского обывателя столько своих проблем, что чужие его уже не волнуют: повышение цен, неконтролируемая миграция…

Николай Петрович, механик из Таллина, задал еще один вопрос на сайте: «Русских в Эстонии зачастую именуют «пятой колонной», а организации соотечественников считают чуть ли не подрывными центрами. А как во Франции власть и общество относятся к живущим там русским и активистам движения соотечественников?»

Отвечая на вопрос, гостья заверила, что русофобию в повседневности не ощущает вообще никак. Тем более что как журналист она обязана прочитывать все, что пишут в новостях. Отдельные нелицеприятные трактовки не в счет.

- Вот бы наша эстонская пресса ориентировалась на французский опыт, – сделал  ремарку Игорь Тетерин.

Тема национального менталитета оказалась весьма актуальной  для публики в клубе «Импрессум». Последовал еще один вопрос, который задала журналист портала «Sputnik Эстония» Светлана Бурцева: «Среди историков были мнения, что менталитет – вещь неизменная. Например, у русских это принцип „один за всех все за одного“, а на Западе преобладает менталитет индивида, отсюда и тренд на достижение личного успеха и конформизм. Может ли быть так, что как бы человек ни ассимилировался в новом месте, его менталитет остается неизменным? Во многом трагедия русских, оказавшихся на чужбине, связана с невозможностью жить среди чужого менталитета…»

Гостья ответила очень искренне:

- В этом много правды, но опять же все зависит от конкретного случая. Меня часто упрекают в том, что я занимаюсь русской культурой, но не возвращаюсь в Россию. И что, я должна бросить свою семью, мужа и пятерых детей (на этом месте в зале раздались аплодисменты)? Думаю, я больше пользы приношу России, находясь там, где я живу. Да, действительно, для русских понятие правды, справедливости превыше всего, – тут Елена припомнила историю из газет об альпинисте, который получил травму в горах и лежал беспомощный, но все другие альпинисты проходили мимо как ни в чем не бывало, пока его не спас русский.

Вопросам не было конца. Интересовались, не сбываются ли прогнозы прошлогодней гостьи клуба «Импрессум» писательницы Елены Чудиновой, автора романа «Мечеть Парижской Богоматери» (гостья подтвердила, что нелегальная миграция достигла угрожающих размеров, предсказания почти сбылись, единственная надежда – многодетные французы-католики); можно ли посещать храм в Париже, находящийся в юрисдикции Константинопольского партриархата (пока сказать трудно, но на данный момент службы в храме происходят точно так же, причем состав священников многонационален); как относятся французы к феминистскому движению (со здоровой иронией); наконец, какова миссия альманаха «Глаголъ». Ответ на этот вопрос хочется привести полностью:

- Мы прежде всего хотим донести до общества, что пытаемся сохранить образцы русской словесности. Интернет – прекрасное изобретение человечества, но там все тонет, как в Ниагаре. Пусть искусство и литература сохранятся и в бумажном варианте.

Последний вопрос снова принадлежал Вячеславу Иванову, и был достоин по глубине его знаменитого тезки – поэта Серебряного века: «Не кажется ли вам, что в мире уже происходит то, что называется плавильным котлом наций, рождение наднационального человечества? Не к вавилонской ли башне мы возвращаемся?»

- И мне так кажется, – согласилась Елена, – только это не рождение, а скорее принудительная выплавка. Под эгидой политкорректности происходит принудительное нивелирование всего индивидуального, национального, традиционного, имеющего отношение к понятию корней. Что это – попытка превратить людей в биомассу, которая будет послушно потреблять все, что для них производят, или нечто другое? Пока трудно сказать: теорий много…

За свои вопросы Вячеслав Иванов получил экземпляр альманаха «Глаголъ». Два других экземпляра выиграли Светлана Бурцева и Оксана Коткас. И еще долго продолжалась автограф-сессия и фотосессия впридачу.

 

 

С выступлением Елены Кондратьевой-Сальгеро в клубе «Импрессум» и ответами на вопросы участников публичной встречи вы можете познакомиться, посмотрев видеоотчет об этом мероприятии.

 
СМОТРЕТЬ   (Видео размещено в YouTube, откроется в новом окне)

 


Новости клуба